В наследство от отца суворову

В наследство от отца суворову

КОНТРОЛЬНЫЙ ДИКТАНТ ПО РУССКОМУ ЯЗЫКУ

8 КЛАСС

ТЕМА: «ПРЯМАЯ РЕЧЬ. ДИАЛОГ. ЦИТАТЫ И ЗНАКИ ПРЕПИНАНИЯ ПРИ НИХ»

Контрольные диктанты по русскому языку являются эффективной формой тематического контроля при изучении курса русского языка. Контрольные диктанты проводятся как для проверки уровня освоения учащимися каждой изученной темы, так и всего курса русского языка за год (контрольные диктанты за 8 класс).

В наследство от отца Суворову досталась шинель. Была она старая, потертая, местами латаная. Но Суворов гордился родительской шинелью. Брал ее с собой во все походы и, как наступали холода, никакой другой одежды не признавал.

И вот суворовская шинель попала в руки противника.

Фельдмаршал опечалился страшно. Места себе не находил. Осунулся. Лишился доброго аппетита.

О пропаже суворовской шинели узнали и солдаты. Договорились они во что бы то ни стало вернуть от турок фельдмаршальскую шинель.

Во главе с поручиком Троицким и капралом Иваном Книгой солдаты пошли в разведку. Но шинели не нашли. Зато взяли в плен турка. Стали допытывать, но тот про шинель ничего не знал.

На следующий день снова ходили в разведку, снова взяли турка, но и этот турок ничего нового не сказал.

Две недели солдаты упорно ходили в разведку. Изловили за это время шесть турецких солдат, и лишь седьмой оказался из тех, кто принимал участие в нападении на русский обоз, в котором и находилась шинель.

Пленник долго не мог вспомнить, что с ней стало. Наконец вспомнил, что досталась она при дележе захваченного имущества старому турку по имени Осман.

Тогда поручик Троицкий решил отпустить пленного турка и наказал: если тот принесет в русский лагерь суворовскую шинель, то и остальные шесть пленных турецких солдат будут отпущены.

На следующий день турок вернулся, принес шинель.

Узнал Суворов, как попала к русским шинель, страшно разгневался.

— Людьми рисковать! Из-за шинелишки солдатские головы под турецкие пули! — кричал он на поручика Троицкого.

Потом взял шинель в руки, глянул на потертые полы, на залатанный борт и вдруг заплакал.

— Чего это наш фельдмаршал? — спрашивали не знавшие, в чем дело, солдаты.

— Шинель, — отвечал Иван Книга.

— Родительская, — с нежностью пояснил капрал.

Задания к тексту:

Опираясь на примеры из текста, расскажите о знаках препинания при диалоге.

Русский язык / 8 класс / Контрольные диктанты / Прямая речь. Диалог. Цитаты и знаки препинания при них.

Преподавателю : Данный контрольный диктант проводится с учащимися 8 класса общеобразовательной школы. Целью проведения данного диктанта является контроль освоения учащимися темы «Прямая речь. Диалог. Цитаты и знаки препинания при них» курса русского языка 8 класса.

Расширенный выбор диктантов по русскому языку:

Рассказы о Суворове и русских солдатах (5 стр.)

РОДИТЕЛЬСКАЯ ШИНЕЛЬ

В наследство от отца Суворову досталась шинель. Была она старая, местами латаная. Но Суворов гордился родительской шинелью. Брал ее с собою во все походы и, как наступали холода, никакой другой одежды не признавал.

И вот суворовская шинель попала в руки противника. Дело было летом. Хранилась шинель в армейском обозе. Как-то на обоз налетел турецкий разъезд, перебил охрану и увез ее вместе с другими вещами.

Фельдмаршал опечалился страшно. Места себе не находил. Осунулся. Лишился доброго аппетита.

— Да мы вам, ваше сиятельство, — успокаивали его армейские интенданты, — новую шинель сошьем. Лучшую.

— Нет, нет, — отвечал Суворов. — Не видать мне подобной шинели. Нет ей цены. Нет ей замены.

О пропаже суворовской шинели узнали и солдаты Фанагорийского полка. Договорились они во что бы то ни стало вернуть от турок фельдмаршальскую шинель.

Во главе с поручиком Троицким и капралом Иваном Книгой солдаты пошли в разведку. Но неудачно: шинели не нашли. Зато взяли в плен турка. Стали допытывать, но тот про шинель ничего не знал.

На следующий день снова ходили в разведку, снова взяли турка, но и этот турок нового ничего не сказал.

Две недели солдаты упорно ходили в разведку. Изловили за это время шесть турецких солдат, и лишь седьмой оказался из тех, что принимали участие в наскоке на русский обоз.

Пленник долго не мог вспомнить, была ли шинель и что с ней стало. Наконец вспомнил, что досталась она при дележе захваченного имущества старому турку по имени Осман.

— А где он? Жив тот Осман? — заволновались солдаты.

Осман оказался жив. Только вот задача — пойди излови Османа.

Тогда поручик Троицкий решил отпустить пленного турка и наказал: если тот принесет в русский лагерь суворовскую шинель, то и остальные шесть будут отпущены.

На следующий день турок вернулся, принес шинель.

Узнал Суворов, как попала к русским шинель, страшно разгневался.

— Людьми рисковать! Из-за шинелишки солдатские головы под турецкие пули! — кричал он на поручика Троицкого.

— Так они, ваше сиятельство, сами.

— «Сами»! — пробурчал Суворов, однако уже не так строго.

Потом взял шинель в руки, глянул на потертые полы, на залатанный борт и вдруг заплакал.

— Чего это наш фельдмаршал? — спрашивали не знавшие, в чем дело, солдаты.

— Шинель, — отвечал Иван Книга.

— Родительская, — с нежностью пояснял капрал.

МОСТЫ

Войска Суворова сражались в Италии. Французская армия отходила без боя. Выбирали французские генералы удобное для себя место — такое, чтобы наверняка разгромить Суворова. Отступили они к реке Адде. Перешли на ту сторону. Сожгли за собою мосты. «Вот тут, — решили, — при переправе, мы и уничтожим Суворова».

А для того чтобы Суворов их план не понял, сделали французские генералы вид, что отходят дальше. Весь день отступали в сторону от реки, а затем вернулись назад и спрятали своих солдат в кустах и оврагах.

Вышел Суворов к реке. Остановился. Приказал наводить мосты.

Засучили солдаты рукава. Топоры в руки. Закипела работа. Моста два, один недалеко от другого. Соревнуются солдаты между собой. На каждом мосту норовят управиться первыми.

Наблюдают французские дозорные за рекой. Через каждый час доносят своим генералам, как у русских идет работа.

Довольны французские генералы. Все идет точно по плану. Потирают от радости руки. Ну, попался Суворов!

Хитрыми были французы. Однако Суворов оказался хитрее.

Когда мосты были почти готовы, снял он вдруг среди ночи свою армию и двинул вниз по берегу Адды.

— А мосты, ваше сиятельство? — забеспокоились саперные офицеры.

— Молчок, — приложил палец ко рту Суворов. — Мосты строить. Шибче стучать топорами.

Стучат топоры над рекой, а фельдмаршал тем временем отвел свою армию вниз по ее течению и переправил, где вброд, где по понтонам, на вражеский берег.

Спокойны французские генералы. Знают — мосты не готовы. Успокаивает французов топорный стук над рекой. Не волнуются генералы.

И вдруг… Со спины, с тыла, явился Суворов. Ударил в штыки.

— Ура! Чудо-богатыри, за мной.

Поняли генералы, в чем дело, да поздно. Не ожидали русских французы. Дрогнули и побежали. Только офицеров одних более двухсот попало в руки к Суворову.

Мосты все же достроили. Как же быть без мостов, раз в армии не только чудо-солдаты, но и обозы и артиллерия.

ЗАМАНИВАЙ

На реке Треббии разгорелась кровопролитная битва с французами.

Суворов внимательно следил за ходом сражения. Сидел верхом на казацкой лошади, без мундира, в белой рубахе, со шпагой в руке.

В самый разгар битвы один из русских полков не выдержал напора французов. Солдаты дрогнули, отступили, побежали. Вместе со всеми бежал и молодой солдат Ермолай Шокин.

«Ну, гибель пришла!» — думал солдат и шептал про себя молитву.

Заметив замешательство русских, Суворов бросился к отступающему полку. Подлетел на разгоряченном коне, закричал:

— Заманивай! Шибче! Так, правильно! Бегом!

Бежит Шокин, думает: «Как же понять? Какое же здесь заманивание, раз полк отступает?»

А Суворов опять:

— Шибче! Шибче! Заманивай!

Пробежали метров двести. Вдруг Суворов осадил коня. Привстал на стременах. Взмахнул над головой шпагой.

— Стой! — закричал. — Хватит!

Читать еще:  Имеет ли жена право на наследство после смерти мужа

Беглецы остановились. Остановился и Ермолай.

— Чудо-богатыри. Назад. — закричал фельдмаршал. — В штыки. Ура. С нами бог! Вперед.

Повернулись солдаты лицом к неприятелю. Ударили в штыки.

— Вперед! — не умолкает Суворов. — Богатыри! Неприятель от вас дрожит! — И первым летит на французов.

Смяли, разбили солдаты противника.

Бежал Шокин, бился штыком, думал: «Ой ловко, ой как ловко Суворов все дело повернул! И виду про отступление не подал. И не ругал».

И другие солдаты про то же думают. Бьются, не жалея себя, искупают минутную трусость.

А Суворов уже был далеко от этих мест, ястребом сидел на коне и снова зорко следил, все ли везде в порядке.

Три дня длилась битва на реке Треббии. Победа была суворовской полной.

ВПЕРЕДИ И ПОЗАДИ

В ночь перед штурмом Турина Суворов в сопровождении двух офицеров, майора Пронина и капитана Забелина, выехал на разведку. Хотел фельдмаршал сам осмотреть подступы к городу, а офицерам наказал взять бумагу и срисовывать план местности.

Ночь тихая, светлая, луна и звезды. Места красивые: мелкие перелески, высокие тополя.

Едет Суворов, любуется.

Подъехали они почти к самому городу, остановились на бугорочке.

Слезли офицеры с коней. Взяли в руки бумагу. Майор Пронин смельчак — все поближе к городу ходит. А капитан Забелин наоборот — за спиной у Суворова.

Прошло минут двадцать, и вдруг началась страшная канонада. То ли французы заметили русских, то ли просто решили обстрелять дорогу, только ложатся неприятельские ядра у самого бугорочка, рядом с Суворовым, вздымают землю вокруг фельдмаршала.

Сидит Суворов на коне, не движется. Смотрит — и майор Пронин не испугался, ходит под ядрами, перерисовывает план местности. А Забелина нет. Исчез куда-то Забелин.

Услышали в русских войсках страшную канонаду, забеспокоились о Суворове. Примчался казачий разъезд к Турину.

— Ваше сиятельство, — кричит казачий сотник, — отъезжайте, отъезжайте! Место опасное!

— Нет, сотник, — отвечает Суворов, — место прекрасное. Гляди, показал на высокие тополя, — лучшего места не надо. Завтра отсюда начнем атаку.

Кончилась канонада. Собрался Суворов ехать назад. Крикнул Пронина. Крикнул Забелина.

Подошел Пронин — бумажный лист весь исписан: где какие овражки, где бугорочки — все, как надо, указано. А Забелина нет. Стали искать капитана. Нашли метрах в двухстах за Суворовым. Лежит Забелин с оторванной неприятельским ядром головой, рядом чистый лист бумаги валяется.

Взглянул Суворов на Пронина, взглянул на Забелина, произнес:

— Храбрый всегда впереди, трусишку и позади убивают.

«Я САМ ПРИНЕСУ СВОЮ ГОЛОВУ»

В русском лагере солдаты поймали француза. Поначалу француз молчал. Говорил лишь «пардон, пардон» и больше ни слова.

Потом, когда солдаты на него поднажали, пленник разговорился. Сознался, что проник в русский лагерь затем, чтобы убить Суворова.

— Вешай его! — зашумели солдаты.

Однако подоспел дежурный по лагерю и вовремя остановил самосуд.

Стали выяснять. Оказалось, что французы оценили голову Суворова в два миллиона ливров. Вот и соблазнился французский солдат. Решил подкараулить, убить Суворова и доставить своим генералам голову русского фельдмаршала.

— Помилуй бог, два миллиона ливров! — воскликнул Суворов. — Так дорого!

Слух о французском солдате прошел по всему русскому лагерю. Теперь не только солдаты, но и офицеры и генералы стали требовать казни лазутчика.

Однако фельдмаршал, к общему удивлению, пленника отпустил.

— Ступай, — произнес, — доложи своим генералам — пусть ждут. Я сам принесу к ним свою голову.

Суворов сдержал «обещание». Через несколько дней при городе Нови русские войска разбили французов. Бросив знамена, обозы и всю артиллерию, французская армия позорно бежала. Командующий французской армией генерал Жубер был убит.

— Надули меня французишки, — «сокрушался» Суворов. — Зря ходил. Не захотели платить. Поразбежались!

В наследство от отца суворову досталась шинель

Палочки

Рядовой Пень в боях первым вперед не рвался. Зато после взятия городов был великий охотник до разной добычи.

Начнут солдаты стыдить товарища.

– А что, – отвечал Пень, – кровь проливаю, себя не жалею. Так уж и взять ничего нельзя!

Вступили суворовские войска в маленький турецкий городок. Ехал Суворов по кривым, узким улочкам, видит – выскакивает из ворот соседнего дома солдат, гусь под мышкой.

– Эй, молодец, – окликнул Суворов, – сюда!

– Так хозяйка дала, ваше сиятельство. На, говорит, служивый.

– Так и дала? – усмехнулся Суворов.

– Дала, дала и еще приходить велела.

Только сказал, а в это время из турецкого дома выбегает старая турчанка. Видать, поняла бабьим чутьем, что воинский начальник солдата ругает, осмелела, подбежала к нему и давай вырывать гуся.

Отдал солдат гусака. Убежала турчанка.

– Значит, сама дала и еще приходить велела! – обозлился Суворов.

– Так то не она, другая дала, – стал выкручиваться Пень. – Молодая.

– Ах, молодая! – воскликнул Суворов.

Только воскликнул, а из дома выбегает молодая турчанка и тоже к солдату.

Подскочила, затараторила на своем языке, руками машет и причитает.

Суворов турецкий язык знал, понял, что турчанка говорит о шелковой шали. Протянул он руку к солдатской пазухе – вытащил шаль.

Потупил Пень глаза, понял, что быть расплате. Крикнул Суворов солдат, приказал взять мародера под стражу. Вечером перед воинским строем виновного разложили на лавке и стали всыпать шомполами.

– Жителя не обижай – он тебя кормит, не обижай – он тебя поит. Так ему. Так ему. Еще, еще! – командует Суворов. – Пусть хоть палочки дурь выбьют. Палочки тоже на пользу, коль солдат нечист на руку. Солдат – защитник жителя. Солдат не разбойник!

РОДИТЕЛЬСКАЯ ШИНЕЛЬ

В наследство от отца Суворову досталась шинель. Была она старая, местами латаная. Но Суворов гордился родительской шинелью. Брал ее с собою во все походы и, как наступали холода, никакой другой одежды не признавал.

И вот суворовская шинель попала в руки противника. Дело было летом. Хранилась шинель в армейском обозе. Как-то на обоз налетел турецкий разъезд, перебил охрану и увез ее вместе с другими вещами.

Фельдмаршал опечалился страшно. Места себе не находил. Осунулся. Лишился доброго аппетита.

— Да мы вам, ваше сиятельство, — успокаивали его армейские интенданты, — новую шинель сошьем. Лучшую.

— Нет, нет, — отвечал Суворов. — Не видать мне подобной шинели. Нет ей цены. Нет ей замены.

О пропаже суворовской шинели узнали и солдаты Фанагорийского полка. Договорились они во что бы то ни стало вернуть от турок фельдмаршальскую шинель.

Во главе с поручиком Троицким и капралом Иваном Книгой солдаты пошли в разведку. Но неудачно: шинели не нашли. Зато взяли в плен турка. Стали допытывать, но тот про шинель ничего не знал.

На следующий день снова ходили в разведку, снова взяли турка, но и этот турок нового ничего не сказал.

Две недели солдаты упорно ходили в разведку. Изловили за это время шесть турецких солдат, и лишь седьмой оказался из тех, что принимали участие в наскоке на русский обоз.

Пленник долго не мог вспомнить, была ли шинель и что с ней стало. Наконец вспомнил, что досталась она при дележе захваченного имущества старому турку по имени Осман.

— А где он? Жив тот Осман? — заволновались солдаты.

Осман оказался жив. Только вот задача — пойди излови Османа.

Тогда поручик Троицкий решил отпустить пленного турка и наказал: если тот принесет в русский лагерь суворовскую шинель, то и остальные шесть будут отпущены.

На следующий день турок вернулся, принес шинель.

Узнал Суворов, как попала к русским шинель, страшно разгневался.

— Людьми рисковать! Из-за шинелишки солдатские головы под турецкие пули! — кричал он на поручика Троицкого.

Смутился поручик.

— Так они, ваше сиятельство, сами.

— «Сами»! — пробурчал Суворов, однако уже не так строго.

Потом взял шинель в руки, глянул на потертые полы, на залатанный борт и вдруг заплакал.

— Чего это наш фельдмаршал? — спрашивали не знавшие, в чем дело, солдаты.

Читать еще:  Наследство как узнать есть ли оно

— Шинель, — отвечал Иван Книга.

— Родительская, — с нежностью пояснял капрал.

– Да мы вам, ваше сиятельство, – успокаивали его армейские интенданты, – новую шинель сошьем. Лучшую.

– Нет, нет, – отвечал Суворов. – Не видать мне подобной шинели. Нет ей цены. Нет ей замены.

– А где он? Жив тот Осман? – заволновались солдаты.

Осман оказался жив. Только вот задача – пойди излови Османа.

– Людьми рисковать! Из-за шинелишки солдатские головы под турецкие пули! – кричал он на поручика Троицкого.

– Так они, ваше сиятельство, сами.

– «Сами»! – пробурчал Суворов, однако уже не так строго.

– Чего это наш фельдмаршал? – спрашивали не знавшие, в чем дело, солдаты.

– Шинель, – отвечал Иван Книга.

– Родительская, – с нежностью пояснял капрал.

Заманивай!

На реке Треббии разгорелась кровопролитная битва с французами.

Суворов внимательно следил за ходом сражения. Сидел верхом на казацкой лошади, без мундира, в белой рубахе, со шпагой в руке.

В самый разгар битвы один из русских полков не выдержал напора французов. Солдаты дрогнули, отступили, побежали. Вместе со всеми бежал и молодой солдат Ермолай Шокин.

«Ну, гибель пришла!» – думал солдат и шептал про себя молитву.

– Заманивай! Шибче! Так, правильно! Бегом!

Бежит Шокин, думает: «Как же понять? Какое же здесь заманивание, раз полк отступает?»

– Шибче! Шибче! Заманивай!

Пробежали метров двести. Вдруг Суворов осадил коня. Привстал на стременах. Взмахнул над головой шпагой.

– Стой! – закричал. – Хватит!

Беглецы остановились. Остановился и Ермолай.

– Чудо-богатыри. Назад. – закричал фельдмаршал. – В штыки. Ура. С нами Бог! Вперед.

Повернулись солдаты лицом к неприятелю. Ударили в штыки.

– Вперед! – не умолкает Суворов. – Богатыри! Неприятель от вас дрожит! – И первым летит на французов.

Смяли, разбили солдаты противника.

Бежал Шокин, бился штыком, думал: «Ой ловко, ой как ловко Суворов все дело повернул! И виду про отступление не подал. И не ругал».

И другие солдаты про то же думают. Бьются, не жалея себя, искупают минутную трусость.

А Суворов уже был далеко от этих мест, ястребом сидел на коне и снова зорко следил, всё ли везде в порядке.

Три дня длилась битва на реке Треббии. Победа была суворовской – полной.

«Я сам принесу свою голову»

В русском лагере солдаты поймали француза. Поначалу француз молчал. Говорил лишь «пардон, пардон»[12] и больше ни слова.

Потом, когда солдаты на него поднажали, пленник разговорился. Сознался, что проник в русский лагерь затем, чтобы убить Суворова.

– Вешай его! – зашумели солдаты.

Однако подоспел дежурный по лагерю и вовремя остановил самосуд.

Стали выяснять. Оказалось, что французы оценили голову Суворова в два миллиона ливров. Вот и соблазнился французский солдат. Решил подкараулить, убить Суворова и доставить своим генералам голову русского фельдмаршала.

Доложили Суворову.

– Помилуй Бог, два миллиона ливров! – воскликнул Суворов. – Так дорого!

Слух о французском солдате прошел по всему русскому лагерю. Теперь не только солдаты, но и офицеры и генералы стали требовать казни лазутчика.

Однако фельдмаршал, к общему удивлению, пленника отпустил.

– Ступай, – произнес, – доложи своим генералам – пусть ждут. Я сам принесу к ним свою голову.

Суворов сдержал «обещание». Через несколько дней при городе Нови русские войска разбили французов. Бросив знамена, обозы и всю артиллерию, французская армия позорно бежала. Командующий французской армией генерал Жубер был убит.

– Надули меня французишки, – «сокрушался» Суворов. – Зря ходил. Не захотели платить. Поразбежались!

Алексеев Сергей — Рассказы о Суворове и русских солдатах — Страница 7

ов по кривым, узким улочкам, видит — выскакивает из ворот соседнего
дома солдат, гусь под мышкой.
— Эй, молодец, — окликнул Суворов, — сюда!
Подбежал Пень.
— Откуда гусак?!
Замялся Пень. Однако солдат был неглуп. Нашелся:
— Так хозяйка дала, ваше сиятельство. На, говорит, служивый.
— Так и дала? — усмехнулся Суворов.
— Дала, дала и еще приходить велела.
Только сказал, а в это время из турецкого дома выбегает старая
турчанка. Видать, поняла бабьим чутьем, что воинский начальник солдата
ругает, осмелела, подбежала к нему и давай вырывать гуся.
Отдал солдат гусака. Убежала турчанка.
— Значит, сама дала и еще приходить велела! — обозлился Суворов.
— Так то не она, другая дала, — стал выкручиваться Пень. — Молодая.
— Ах, молодая! — воскликнул Суворов.
Только воскликнул, а из дома выбегает молодая турчанка и тоже к
солдату.
Подскочила, затараторила на своем языке, руками машет и причитает.
Суворов турецкий язык знал, понял, что турчанка говорит о шелковой
шали. Протянул он руку к солдатской пазухе — вытащил шаль.
Потупил Пень глаза, понял, что быть расплате. Крикнул Суворов солдат,
приказал взять мародера под стражу.
Вечером перед воинским строем виновного разложили на лавке и стали
всыпать шомполами.
Врезают солдаты воришке, а Суворов стоит рядом, приговаривает:
— Жителя не обижай — он тебя кормит, не обижай — он тебя поит. Так
ему. Так ему. Еще, еще! — командует Суворов. — Пусть хоть палочки дурь
выбьют. Палочки тоже на пользу, коль солдат нечист на руку. Солдат —
защитник жителя. Солдат не разбойник!

Суворовская армия совершала стремительный переход. Остановились
войска ночевать в лесу на косогоре, у самой речки.
Разложили солдаты походные костры, стали варить суп и кашу.
Сварили, принялись есть. А генералы толпятся около своих палаток,
ждут Лушку. Лушка — генеральский повар. Отстал Лушка где-то в пути, вот и
томятся генералы, сидят не кормлены.
— Что же делать? — говорит Суворов. — Пошли к солдатским кострам,
господа генералы.
— Да нет уж, — отвечают генералы, — мы подождем. Вот-вот Лушка
приедет.
Знал Суворов, что генералам солдатская пища не по нутру. Спорить не
стал.
— Ну, как хотите.
А сам к ближайшим кострам на огонек.
Потеснились солдаты, отвели Суворову лучшее место, дали миску и
ложку.
Уселся Суворов, принялся есть. К солдатской пище фельдмаршал приучен.
Ни супом, ни кашей не брезгует. Ест, наедается всласть.
— Ай да суп, славный суп! — нахваливает Суворов.
Улыбаются солдаты. Знают, что фельдмаршала на супе не проведешь:
значит, и вправду суп хороший сварили.
Поел Суворов суп, взялся за кашу.
— Хороша каша, добрая каша!
Наелся Суворов, поблагодарил солдат, вернулся к своим генералам.
Улегся фельдмаршал спать, уснул богатырским сном. А генералам не спится.
Ворочаются с боку на бок. От голода мучаются. Ждут Лушку.
К утру Лушка не прибыл.
Поднял Суворов войска, двинулась армия в дальнейший поход. Едут
генералы понурые, в животах бурчит — есть хочется. Промучились бедные до
нового привала. А когда войска остановились, так сразу же за Суворовым к
солдатским кострам: не помирать же от голода.
Расселись, ждут не дождутся, когда же солдатская пища сварится.
Усмехнулся Суворов. Сам принялся раздавать генералам суп и кашу.
Каждому дает, каждому выговаривает:
— Ешь, ешь, получай. Да впредь не брезгуй солдатским. Не брезгуй
солдатским. Солдат — человек. Солдат мне себя дороже.

В наследство от отца Суворову досталась шинель. Была она старая,
местами латаная. Но Суворов гордился родительской шинелью. Брал ее с собою
во все походы и, как наступали холода, никакой другой одежды не признавал.
И вот суворовская шинель попала в руки противника. Дело было летом.
Хранилась шинель в армейском обозе. Как-то на обоз налетел турецкий
разъезд, перебил охрану и увез ее вместе с другими вещами.
Фельдмаршал опечалился страшно. Места себе не находил. Осунулся.
Лишился доброго аппетита.
— Да мы вам, ваше сиятельство, — успокаивали его армейские
интенданты, — новую шинель сошьем. Лучшую.
— Нет, нет, — отвечал Суворов. — Не видать мне подобной шинели. Нет
ей цены. Нет ей замены.
О пропаже суворовской шинели узнали и солдаты Фанагорийского полка.
Договорились они во что бы то ни стало вернуть от турок фельдмаршальскую
шинель.
Во главе с поручиком Троицким и капралом Иваном Книгой солдаты пошли
в разведку. Но неудачно: шинели не нашли. Зато взяли в плен турка. Стали
допытывать, но тот про шинель ничего не знал.
На следующий день снова ходили в разведку, снова взяли турка, но и
этот турок нового ничего не сказал.
Две недели солдаты упорно ходили в разведку. Изловили за это время
шесть турецких солдат, и лишь седьмой оказался из тех, что принимали
участие в наскоке на русский обоз.
Пленник долго не мог вспомнить, была ли шинель и что с ней стало.
Наконец вспомнил, что досталась она при дележе захваченного имущества
старому турку по имени Осман.
— А где он? Жив тот Осман? — заволновались солдаты.
Осман оказался жив. Только вот задача — пойди излови Османа.
Тогда поручик Троицкий решил отпустить пленного турка и наказал: если
тот принесет в русский лагерь суворовскую шинель, то и остальные шесть
будут отпущены.
На следующий день турок вернулся, принес шинель.
Узнал Суворов, как попала к русским шинель, страшно разгневался.
— Людьми рисковать! Из-за шинелишки солдатские головы под турецкие
пули! — кричал он на поручика Троицкого.
Смутился поручик.
— Так они, ваше сиятельство, сами.
— «Сами»! — пробурчал Суворов, однако

Читать еще:  К признакам характеризующим принятие наследства не относится

Отцово наследство

У одного человека было два сына, и вот однажды младший и говорит отцу:
— Отец, отдай мне мою долю, хочу я пойти по белу свету богатства искать.
Отец дал ему то, что полагалось из доли матери, и он покинул дом и отправился в дальние земли.
Долго ли, коротко ли, а видя, что никакого богатства скопить не удается и деньги, данные отцом, понемногу убывают, парень решил вернуться под родной кров. Но, едва он ступил на землю, где родился, как услыхал от людей скорбную весть — что отец его умер. А брат, по слухам, превратил дом в настоящий дворец и живет припеваючи. Парень решил поговорить с братом и рассказал ему все, что с ним случилось с тех пор, как он ушел из дому. Выслушав его, брат отвечал:
— Я ничем не могу тебе помочь, потому как наш отец мне ничего не оставил в наследство. Тебе же он завещал вот этот старый ящик и строго-настрого запретил мне его открывать.
Парень покорно принял отцово наследство и пошел из родного дома куда глаза глядят. По дороге он решил все же открыть ящик и поглядеть, что в нем; но едва лишь он приподнял крышку, как из-под нее выскочил паренек с ноготок, лицом черен, да и говорит:
— Приказывай, хозяин!
— Приказываю предоставить мне дворец со всем, чему в нем быть положено, и к нему еще кареты и лакеев мне в услужение.
Сказано — сделано: все вмиг оказалось пред его глазами точнехонько так, как было задумано. И зажил парень очень счастливо в своем дворце, гораздо более прекрасном и богатом, чем дворец самого короля. И вот однажды дошла до него весть, что старший брат собирается к нему в гости. Ну что ж, он принял брата по-царски, а тот между делом и спрашивает его, как, мол, он в такое короткое время столько добра нажил.
— Это все наследство, что мне оставил наш отец.
— Но ведь он оставил тебе в наследство всего-навсего старый ящик!
— Так-то оно так, но в этом ящике весь секрет и заключается.
Тогда старший брат изловчился выкрасть у него ящик и поспешил убраться восвояси, покуда младший не хватится своей потери. Прибыв к себе, он открыл ящик, малютка негр выскочил и говорит:
— Приказывай, хозяин!
— Приказываю, чтоб мой брат лишился своего дворца и попал в тюрьму, а чтоб мой дворец стал в тысячу раз пышней и красивей, чем тот, что принадлежал ему.
Так все и сделалось, и еще новый хозяин наказал негритенку:
— Велю тебе сделать так, чтоб дочь графа вышла за меня замуж и чтоб мне тоже графский титул пожаловали.
Сбылось все, что было задумано, а чтоб уж никто более не украл волшебный ящик, новоявленный граф ни на минуту с ним не расставался и даже, ложась спать, засовывал под подушку.
Так бы все дальше и шло, да только старшему брату было неведомо, что у младшего, который сидел сейчас в тюрьме, кроме ящика, было еще кое-что. А именно: держал он кота и собаку. И вот как только они узнали, что хозяин их в беде, то и порешили немедля отправиться повидать его в темнице, чтоб обсудить, как ему помочь. Придя на место, узнали они, что граф, брат их хозяина, украл у него ящик, и вознамерились проникнуть во дворец, чтоб унести ящик и вернуть владельцу. Для этой цели смастерили они лодку из огромной тыквы, ибо знали, что им придется долго плыть по морю.
Высадившись на берег неподалеку от дворца графа, они узнали, что он не расстается с ящиком и даже кладет ночью под подушку. Тогда собака и говорит коту:
— Я полезу под кровать, а ты проберись в кухню и намочи хвост в уксусе; потом пощекочи графу нос кончиком хвоста, он станет чихать, а я потихоньку вытяну из-под него ящик — и бегом.
Так они и поступили, и, едва выбравшись из дворца, забрались в свою лодку и пустились в обратный путь. Плывут они, плывут и вдруг видят вдали корабль, где вся команда состоит из мышей и рыб. Ну те, увидя кота и собаку, сразу же подняли военные флаги, изготовясь принять бой. Но кот и собака отпустили их с миром, при этом рассказав о своих злоключениях и о беде своего хозяина. Выслушав их, капитан-мышь сказал:
— Если я и моя команда можем чем пособить, кликните клич — и мы явимся.
— Благодарим! —отозвались разом кот и собака.
Когда они уж подплывали к знакомой пристани, то между ними разгорелся жаркий спор о том, кто же должен вернуть хозяину ящик. Кот кричал «я», собака кричала «я», ну, тут оба зазевались да и уронили ящик в море.
И тот и другая очень расстроились, и собака кликнула клич:
— Рыбий король, выручай нас!
И тут же из волн всплыла огромная рыбина и промолвила:
— Я явился; скажите, чего вам надобно.
— Да вот путешествую я, кот меня сопровождает, и везли мы ящик, да он случайно в воду упал, так что одно лишь ваше величество может в этом деле пособить.
— Я сам-то ваш ящик не видал, но созову своих подданных, может, они и видели.
И тут, по зову короля, приплыло рыб видимо-невидимо. Последним явился лангуст, у которого одна нога была переломана, и говорит:
— Я видал этот ящик, он мне как раз на ногу упал.
Рыбий король приказал лангусту спуститься на дно за ящиком, а потом отдал пропажу собаке, которая, рассыпавшись в благодарностях, немедля отплыла, разумеется, вместе с котом. Ящик решено было носить по очереди на спине до самого конца путешествия.
Когда кот и собака появились перед хозяином вместе с ящиком, он остался очень этим доволен и сразу же открыл ящик и сказал негритенку:
— Хочу, чтоб стены этой тюрьмы рухнули! Хочу дворец, на какой выходили бы окна братнего! Хочу жениться на королевской дочке!
Так все и свершилось, и младший брат пошел тогда к старшему и говорит ему:
— Я мог бы сделать тебе много зла, да не желаю: напротив, я порешил разделить с тобой все мое богатство и отныне жить в дружбе и согласии.
Изл ишне добавлять, что собака и кот получили: первая — ошейник, изукрашенный дорогими каменьями, а второй — тканую золотом ленту — и остались при дворе, дожив в почете до глубокой старости.

Хотите оставить комментарий? Добавьте сказку в закладки любой социальной сети

Ссылка на основную публикацию